Наталья Бочкарева: «Свадьбы не будет! Только любовь и романтика»

«У наших женщин легкой судьбы не бывает», — это актриса знает точно. Ведь всего в жизни ей приходилось добиваться самой. И многое у нее получилось.

220 вольт в сердце

 

— Чему лично вас научили жизненные испытания? Вы из простой семьи, «шоколада» в детстве не видели, к тому же рано осиротели…

 

— Когда мне было 19, а Наде, моей сестре, 13, не стало наших родителей. Сначала умерла мама, следом ушел из жизни отец. Это был шок, похожий на разряд в 220 вольт в самое сердце. У меня не было времени плакать, страдать и себя жалеть. Мама заболела, быстро сгорела, и отец (ему тогда было всего 52) моментально сдался, похоронил себя заживо.

 

В то время я училась в Школе-студии МХАТ, жила в общежитии. Сестра осталась в Нижнем Новгороде с нашей тетей, и, чтобы ее растить, мне пришлось устроиться официанткой в модный тогда клуб «Б2». С 9 утра до 9 вечера училась, а после занятий — бегом на работу, подносы полночи носить. Понятно, что страшно уставала, но посетителям улыбалась.

 

Надю после школы я забрала в Москву. Она окончила Академию юрис­пруденции, но поняла, что юристом быть не хочет. Сейчас она стюардесса «Аэрофлота».

 

— Сложно было растить сестру?

 

— Очень! Мне достался колючий, противоречивый тинейджер. «Не учи меня, ты сестра, а не мать!» — говорила она мне. Я ее понимаю… Между нами разница — шесть лет, она еще ребенок, а я уже взрослая. И тут мы остаемся одни, я начинаю что-то требовать, настаивать. А у нее и шок от потери, и обида: мол, Наташка взялась поучать.

 

Меня саму в ее годы тоже колбасило. Но плохих компаний я не водила, портвейн в подворотне не пила. Правда, ушла из дома в 15 лет и с тех пор живу самостоятельно.

 

— Это как?!

 

— После девятого класса я поступила в Нижегородское театральное училище. На дорогу уходило часа полтора-два в один конец. На первую пару я приезжала полумертвая от недосыпа. Нам много задавали, я корпела над учебниками ночами, причем… в ванной. Мы с сестрой делили одну комнату на двоих. Начинаю читать — Надя спать не может. И я готовилась к занятиям на раковине (смеется).

 

Первой парой обычно шла история зарубежного театра, и наш педагог Наталья Александровна, заметив в очередной раз, что я дремлю, попросила меня остаться после занятий. «Бочкарева! Что происходит? Ты ночами гуляешь, что ли?» — строго так спрашивает. Я рассказала, в чем дело, она подумала и решила: «Какая у тебя стипендия? 30 рублей? Сдам тебе комнату за 5. Сегодня же переезжай». Так началась моя самостоятельная жизнь, к родителям я больше не вернулась.

 

Позвонил Табаков — родные онемели

 

— В 15 лет мечтали о славе Людмилы Гурченко или в актрисы попали случайно?

 

— Не случайно. Я с детства — первая на утренниках, конкурсах. Кто споет частушки, расскажет стихи, станцует? Бочкарева! Ничего другого, кроме актерства, не хотела для себя. Грандиозных планов не строила. В Нижнем прекрасные театры, думала, там останусь.

 

Родители ко всему этому отнеслись скептически: пусть девочка поиграет пока, а потом устроим ее на завод. Они оба там проработали всю жизнь, были инженерами. А меня задевает, когда в мои силы не верят, меня можно взять на слабо. Поэтому то, что я решила ехать в Москву учиться, в первую очередь было желанием доказать маме с папой: мой выбор — не блажь, я сумею пробиться.

 

Их отношение изменилось, когда позвонил Олег Павлович Табаков. К телефону подошла тетя и строго так поинтересовалась: «А кто спрашивает Наталью?» Он представился. Тетя чуть в обморок не упала, а вечером, узнав о звонке, и родители онемели. Еще бы: их Наташке звонил сам Табаков!

 

— Как состоялось историческое знакомство?

 

— Олег Павлович приехал в наше театральное училище с творческим вечером. И мы, тогда студенты четвертого курса, показывали ему концертные номера и отрывки из спектаклей. Надо сказать, что Табаков был и остается для меня маяком в искусстве. Всегда им восхищалась. И где-то в подсознании я, конечно, мечтала стать ученицей именно Олега Павловича. И когда он приехал на наш вечер, поняла: это шанс!

 

Набралась смелости и после концерта подошла к нему: «Здравствуйте, Олег Павлович. Я — Наташа Бочкарева и хочу у вас учиться». Он посмотрел внимательно и спокойно сказал: «Приезжай, посмотрим…» Записал мой номер телефона, на следующий день позвонил и сообщил, когда явиться в Москву и что из басен выучить. В итоге он меня взял на свой курс, уже на второй, и дал испытательный срок. Началась жизнь на два города. В училище Нижнего Новгорода я играла дипломные спектакли и ехала в Москву. А после получения диплома стала студенткой Школы-студии МХАТ.

 

— Каким вы запомнили своего учителя?

 

— Это был благородный, щед­рый, харизматичный человек с прекрасным чувством юмора. Я восхищалась его талантом, колоссальной работоспособностью. На тот же сериал «Счастливы вместе», который принес мне популярность, меня благословил Олег Павлович. Я попросила совета: соглашаться или нет. Я много играла в МХТ, а тут съемки в режиме нон-стоп, что делать? «Знаю этот сериал, в Америке он очень популярный, — сказал Олег Павлович. — Это ты будешь женщиной с лошадиным лицом? Да? Отлично! Дерзай!»

 

В судьбах своих учеников он принимал активное участие. Как-то предложил меня в один американский телепроект — он тогда читал лекции в Гарварде и часто летал в Штаты. При этом сказал: «Бочкарева, красься в брюнетку». И я, по природе блондинка, ни секунды не переживала. Контракт выгодный, и надо было на год переехать в Америку. Многие посчитали бы это большой удачей.

 

Но я… отказалась. Потому что пришлось бы бросить институт, а потом выпускаться у другого мастера. К тому же сестру одну оставлять в Москве не хотелось: мне тогда был 21, ей — всего 15.

 

— И вы не прогадали! Потому что после получения диплома были приняты в труппу МХТ…

 

— Мне было там хорошо, играла и главные роли, и второстепенные. Дружила с Женей Добровольской, с Ириной Петровной Мирошниченко, со Станиславом Андреевичем Любшиным. С Мариной Зудиной часто болтали о детях — наши Маши ровесницы. Другое дело, что у меня уже было двое маленьких детей, и после спектакля, когда актерская жизнь только начинается, все собираются за столом, чтобы обсудить спектакль, я неслась домой.

Дети не узнавали папу с бородой

 

— Если ваш сын или ваша дочь захотят пойти в актеры…

 

— Нет! Они уже снимались в моих учебных фильмах и в «Ералаше» и сказали, что актерство им не нравится.

 

Маше 10 лет, и она хочет заниматься точными науками, у нее хорошо идут математика и иностранные языки. Ване 11, и он очень артистичный. Когда на тренировке по хоккею забивает гол, устраивает шоу: проезжается по льду на коленях, подбрасывает вверх краги, изображает на клюшке игру на бас-гитаре (смеется). Тренер говорит: «Бочкарев, ты закончил представление? Можем продолжать тренировку?»

 

— Дети носят вашу фамилию?

 

— Да. Хочу продолжения рода. К счастью, мой бывший муж, их отец, с пониманием отнесся к моему желанию, не возражал.

 

— Ваши дети — погодки. Трудно было их растить?

 

— Непросто. Одному пора спать, другой — гулять. А сейчас они как один организм. Ходили в одну группу садика, теперь в одном классе. Иван пошел в школу в 7 лет, Маша в 6. Вместе едут в летний лагерь, вместе — на занятия в музыкальную школу.

 

Заниматься с ними мне, конечно, помогала няня, но такого, чтобы мама-артистка уехала на две недели на съемки, у нас не случалось. Уезжаю не дольше чем на три дня. Их детство прошло на съемочной площадке. Чтобы дети всегда были на виду, я даже квартиру купила рядом со студийным павильоном и в перерывах бегала к ним. Или няня приводила их на съемку. Мы с ними большие друзья. Уверена, что буквально все знаю о том, что у обоих на сердце.

 

— А сами с ними откровенны? Или не стоит детям знать, чем мама расстроена?

 

— Нет, почему? Объясняю, когда валюсь с ног или чем-то опечалена. Как-то пообещала им поехать в выходной в игровой центр. Они ждали всю неделю, а я вернулась с гастролей, где были сплошные перелеты, и поняла: Боливар не выдержит… Говорю: «Ребята, я просто падаю. Простите меня». А они: «Спи-спи, мам. Ничего, в другой раз…»

 

— Как дети восприняли ваш с мужем развод?

 

— Никаких тяжелых историй. Надо понимать, какой у нас папа: либо в командировках — он юрист, либо на тренировках — Николай увлекается хоккеем. Были случаи, когда он уезжал на пару недель, возвращался, например, с бородой, а дети его не узнавали: ты кто? Детская память короткая (смеется). Так получилось, что дома всегда рулили или я, или няня. А папа работал… И нередко оставался в своей, как он говорил, берлоге — в квартире, в которой он сейчас живет. Ничего предосудительного, мужчине иногда требуется одиночество, просто чтобы перевести дух. Поэтому для наших детей глобально ничего не изменилось. Такого, что жили папа с мамой, каждый день вместе за ручку ходили, и вдруг — бац! — папа исчез, не было.

 

Мы с мужем не скандалили, не ругались. Разошлись мирно. Дети приезжают к нему в гости, когда захотят, в ту самую «берлогу». И даже знакомы с его новой женщиной. Сначала он стеснялся. А я настояла: знакомь! Девушка должна трезво смотреть на ситуацию и знать, что ее мужчина — отец троих детей (у Николая есть еще ребенок от первого брака).

 

— В чем была причина вашего расставания?

 

— В семье нужно идти плечом к плечу. Важно быть вместе в ментальном плане. В какой-то момент я осознала, что мы идем параллельно. Например, когда я захотела поучиться на режиссера, услышала в ответ: «Зачем тебе это, Наташ? Ты мать двоих детей! Известная актриса, жена, а не вечная студентка».

 

Муж хотел, чтобы я возилась дома, цветочки сажала, но меня не тянуло к земле (смеется). Я хотела бегать с камерой, снимать кино, рисовать — развиваться, одним словом. Сначала решила, что разводиться не стану ради детей. Но поняла, что тогда придется прожить чужую жизнь. Зачем? Статус — замужней или разведенной — не имеет для меня никакого значения. Важен единственный статус — быть счастливой. С кем-то или одной — как получится.

 

— Сколько лет вы прожили вместе?

 

— Сейчас паспорт посмотрю, не помню (листает паспорт). О-о, надо же! Поженились в 2007 году, в 2013-м развелись.­ То есть шесть прекрасных, счастливых лет. Развод стал нормальным логическим завершением нашей истории.

 

Только любовь и романтика

 

— Не опасались, что с двумя детьми будет трудно устроить женское счастье?

 

— Никогда об этом не думала. Это же клише: мужчинам не нужны женщины с несколькими детьми. Глупости! Повторюсь: в ЗАГС не стремлюсь. Я уже и «дом построила», и детей родила, имею полное право наслаждаться свободой и независимостью.

 

При этом я — нормальная женщина. Хочу еще детей, и любви… Но за долгие годы после развода настолько прочувствовала вкус свободы, что отказываться от этого не стану ни за что на свете. Хочу быть с тем мужчиной, при котором не надо играть чужую роль. Поскольку я не искала серь­езных отношений, свободное время проводила с Ваней и Машей. Доходило до смешного. Они мне строго говорили: «Мама! Накрасься, нарядись — и сходи куда-нибудь! На дискотеку хотя бы. А мы с няней посидим».

 

— Какие мудрые дети!

 

— Они видели, что у папы жизнь наладилась, а мама вроде как одна. Непорядок.

 

— Сейчас вы не одна?

 

— Нет.

 

— Сына и дочь уже познакомили со своим избранником?

 

— Да, и между ними сложились теп­лые отношения. Мы с моим мужчиной оба искали в первую очередь друга, соратника, того, с кем хорошо так же, как с самим собой.

 

— Свадьба будет?

 

 

— Если мы все же решимся пойти в ЗАГС, то традиционной свадьбы точно не будет. Никаких звездных гостей, ресторанов, яхт. Только любовь и романтика.

Оставить комментарий

Комментарии: 0